12 - 2015

Индустрия САПР готова к переходу в будущее

Дмитрий Красковский

На прошедшем в октябре Autodesk University Russia 2015 — мероприятии для участников рынка строительства и промышленного проектирования, глав предприятий и технических специалистов, руководители Autodesk и приглашенные эксперты рассказали о перспективах применения технологий будущего и их роли в развитии промышленности и строительства.

Открывая AU, Каллан Карпентер (Callan Carpenter), вице­президент Autodesk по направлению «Сервисы и консалтинг», заявил: «Сегодня мы находимся на пороге второй промышленной революции, которая изменит современные рынки не менее, а возможно, более, чем изменила их промышленная революция двадцатого века. Мы называем это будущим промышленного производства».

По его мнению, уже сегодня можно заметить четыре фундаментальных фактора, каждый из которых будет всё больше влиять на рынок. Это изменение принципов проектирования и производства, потребительского спроса и отношений между продуктом и потребителем:

  • проектирование — если раньше компьютер просто решал задачи, связанные с документированием и инженерным проектированием, то сегодня он становится настоящим партнером проектировщика. Ключевую роль в этом играет концепция «порождающего проектирования» (generative design). Она позволяет задавать компьютеру идею, уточнять функционал и технологические ограничения, а в результате получать ответ в формате готового решения. Например, американская компания Lightning Motocyclе  с помощью технологии «порождающего проектирования» создала максимально легкий мотоцикл. В автоматическом режиме был найден объем материала, минимально допустимый для поддержания прочности каждого компонента. Используя несколько программ Autodesk, компания смогла создать элегантную конструкцию, напоминающую часть скелета животного. Таким образом, за несколько минут компьютер с помощью технологии «порождающего проектирования»  смоделировал эффективную структуру, которую природа в ходе эволюции создавала миллиарды лет;
  • производство — строительство и работа в области архитектуры становятся похожими на промышленное производство. Все больше компонентов создаются заранее и собираются на месте. Открываются небольшие, гибкие и эффективные производства, которые могут быть настроены под создание небольшого количества специализированных компонентов или, напротив, большого количества компонентов стандартизированных. Также все чаще используется аддитивное производство, 3D­принтеры. При этом трехмерная печать может работать не только с алюминием, бетоном и пластиком. Медицина, также освоившая 3D­печать, оперирует совсем другими материалами. Например, один из партнеров Autodesk, российская компания 3D Bioprinting Solutions, развивает устройство, позволяющее распечатывать на 3D­принтере функциональные ткани и органы. Она уже сумела распечатать  щитовидную железу и пересадить ее живой мыши;
  • спрос — сегодня требования потребителей существенно изменились. Мировые тренды показывают, что представители молодого поколения не являются лояльными пользователями брендов, они смотрят на каждый продукт отдельно. При этом им свойственно экологическое мышление — важно, в какой стране, в каких условиях этот продукт производился, как он будет утилизироваться. Также современный покупатель думает о том, как кастомизировать продукт под свои индивидуальные потребности, сделать его уникальным. К примеру, компания Norman предлагает покупателям сфотографировать свое ухо с помощью мобильного устройства и передать фотографию производителю. Затем с помощью 3D­принтера будет распечатан наушник, идеально соответствующий форме уха;
  • продукт — сегодня одним из трендов является взаимодействие продуктов как друг с другом, так и со своим владельцем. Они учатся, адаптируются, сами загружают обновления. Размывается граница между программной частью и аппаратным обеспечением. Появляются сети, которые всё соединяют воедино с помощью беспроводных каналов связи. Один из примеров — шлем для мотогонщиков Skully. Этот шлем снабжен камерами, GPS­навигацией, сенсорами для предупреждения об изменении в окружающей среде. Он подключен к Интернету через смартфон, синхронизируя картографические данные и обновляя устройства за счет выхода в сеть.

Анатолий Левенчук, президент TechInvestLab и директор по исследованиям российского отделения INCOSE, подробно изучил вопрос о том, какое будущее ждет САПР и какую роль в нем будут играть технологии Autodesk:  «САПР сегодня — это система автоматизации проверок. Как в Word, так и в САПР пользователь все пишет сам. Исходя из этого можно сказать, что САПР — это редактор, который ничего не делает сам. Тем не менее САПР завтра, а кое­где уже и сегодня — это система автоматизации проектирования. САПР перестает быть просто электронным редактором для 3D, как MS Word является редактором для текстов. Появляется технология «порождающего проектирования», которая позволяет компьютеру проектировать. У Autodesk эта технология реализована в программе Dreamcatcher, форма деталей в ней не редактируется человеком, а генерируется компьютером. Также Autodesk уже представил рынку технологию Autodesk Within, которая может модифицировать форму так, чтобы сделать производство проще. Например, она автоматически снимает лишний материал для удобства печати на 3D­принтере. Конструктор или проектант перестают редактировать трехмерную модель, они только выражают намерение и задают ограничение, дальше компьютер думает сам — при необходимости переспрашивая и уточняя замысел. Мы начинаем учить наши программы и переходим на другой способ создания САПР. Это дает нам возможность говорить о том, что будет непрерывно меняться граница того, что мы делаем».

Autodesk не получит деньги, если клиент не будет использовать софт

В кулуарах Autodesk University 2015 мне удалось пообщаться с вице­президентом компании Autodesk по направлению «Сервисы и консалтинг» Калланом Карпентером (Callan Carpenter), который любезно согласился ответить на несколько вопросов.

Дмитрий Красковский: Г­н Карпентер, как известно, консалтинг — понятие очень широкое. Расскажите, пожалуйста, за что конкретно вы отвечаете в Autodesk?

Каллан Карпетнер: На своей позиции я в основном занимаюсь глобальными сервисами. Примерно 50% — это консалтинг, а 50 — премиальная поддержка.

Д.К.: Я правильно понял — ваше подразделение существует четыре года?

К.К.: Да, все правильно. Конечно, некоторые отделы существовали и раньше. Но четыре года назад всё это объединилось в единое целое.

Д.К.: И как это выглядит в финансовом выражении?

К.К.: Абсолютные цифры мы не публикуем, но если оперировать относительными данными, то в этом году рост доходов именно по премиальной поддержке составляет 89%.

Д.К.: За один год?

К.К.: Да, именно в этом году. А консалтинг вырос на 23%. За четыре года штат сотрудников подразделения увеличился вдвое. В моем подразделении насчитывается порядка 700 человек, и мы работаем в 29 странах.

Д.К.: Сколько из них трудится в России?

К.К.: В России пока только три человека. Здесь мы начали работу совсем недавно. Мы приглашаем представителей европейских команд и работаем с местными партнерами. По мере роста бизнеса, конечно, количество сотрудников будет увеличиваться.

Д.К.: В последнее время, точнее последние лет пять, на всех мероприятиях Autodesk, которые мне приходится посещать,  основной упор делается исключительно на BIM, то есть машиностроительное направление практически отсутствует. Почему?

К.К.: Тут я не согласен. На любых мероприятиях Autodesk этому направлению уделяется довольно много внимания. Если говорить о моей непосредственной работе в консалтинге, то я очень много работаю с компаниями, которые занимаются именно производством.

Д.К.: Я не говорю, что нет вообще, я говорю, что все меньше и меньше…

К.К.: На самом деле, странно слышать такое суждение, потому что если бы вы попали на Autodesk University, например, в Германии или другой европейской стране, или в США, то вы бы, наверное, сказали совершенно противоположное. Возможно, российское подразделение делает акцент именно на данном направлении, но это вовсе не является отражением глобального бизнеса Autodesk. Если говорить о руководителе компании, то, скорее всего, он, просыпаясь, сначала думает о промышленном проектировании, а потом уже о BIM.

Каллан Карпентер, вице-президент компании Autodesk по направлению «Сервисы и консалтинг»

Каллан Карпентер, вице-президент компании Autodesk по направлению «Сервисы и консалтинг»

Д.К.: 1 февраля было объявлено, что компания Autodesk прекращает продажи бессрочных лицензий. На эту тему было много всяких домыслов и спекуляций. Поясните, зачем это было сделано, и чего компания от этого нововведения ожидает?

К.К.: Да, это действительно так. Мы перестали продавать бессрочные лицензии на отдельные продукты, и со следующего года также перестанем продавать такого рода лицензии на программные комплексы. На самом деле, это часть глобальной стратегии компании, основанной на нашем понимании того, как изменилось распространение программного обеспечения на глобальном уровне. Естественно, это переход от продаж бессрочных лицензий к тому, что называется «software as a service», то есть к модели «ПО как сервис». Эти перемены на самом деле происходят во всех секторах индустрии программного обеспечения. Но если говорить о САПР, то, естественно, здесь мы первые. И в этом есть несколько выгод. Во­первых, при переходе к модели «ПО как сервис» с плеч клиента снимаются определенные риски. Объясню более подробно. Эти риски переходят на плечи Autodesk. Если, например, я передаю вам бессрочную лицензию и вы платите за нее 5 тыс. долл., я кладу полученные деньги себе в карман, говорю вам «до свидания» и ухожу. Последние 40 лет это было проблемой для любого софтверного продукта в отрасли. Все риски, связанные с успешной разверткой, успешным использованием в бизнесе программного обеспечения, — всё это лежало на плечах клиента. Соответственно, с моделью «ПО как сервис» стоимость издержки, связанной с приобретением софта, стала гораздо ниже. Кроме того, Autodesk таким образом берет на себя ответственность за то, что клиент будет успешно использовать это ПО. Потому что Autodesk не получит деньги, если клиент не будет пользоваться софтом. Все очень просто.

Мое консалтинговое подразделение существует около четырех лет, и смысл его создания заключался как раз в том, чтобы всё больше и больше клиентов постоянно использовали софт, причем как можно более успешно.

Для клиента это, опять же, более выгодно в том смысле, что он может непосредственно связать издержки по использованию софта с конкретным продуктом и конкретной группой в компании, которая применяет тот или иной софтверный продукт. Я назвал вам одну из основных причин, с которой был связан этот переход. Причина второго плана, но не менее значимая состоит в том, что всё больше и больше продуктов предоставляется в качестве облачных сервисов. И в этой ситуации бессрочные лицензии никак не работают. То есть, по определению, это сервисы, которые оплачиваются либо в виде подписки, либо за какие­то объемы потребления. Таким образом, эти две модели — облачная и по подписке —  совмещаются. Но, повторюсь, эта причина все­таки вторична.

Д.К.: Как в Autodesk будет построена поддержка конечных пользователей, купивших временную лицензию? Как происходит их техническая поддержка в мире вообще и в России в частности?

К.К.: Если говорить о премиальной поддержке, за которую непосредственно я и отвечаю, то здесь у нас существует программа. Мы начинаем с назначения человека на должность support account manager (SAM), то есть менеджера, который отвечает за поддержку конкретно этого предприятия. Под его управлением находятся сотни людей, технических специалистов, которые очень глубоко разбираются в технической поддержке самых разных отраслей предприятия. Соответственно, если зафиксирована какая­то ошибка в ПО, то SAM непосредственно отвечает за то, чтобы на правильном уровне выявить проблему и все это проработать с технической и продуктовой командой. Такая команда функционирует семь дней в неделю 24 часа в сутки. Однако это, пожалуй, наименее важный аспект поддержки. На самом деле, для нас гораздо важнее быть проактивными, то есть действовать заранее. Мы постоянно мониторим ИТ­инфраструктуру предприятия, проверяем, какие методы и инструменты используются предприятием, с тем чтобы предотвратить проблему еще до того, как она может возникнуть. Первый тип поддержки, который я описал, то есть 24 часа в сутки 7 дней в неделю, называется  реактивным — по значимости он может составлять процентов 10. Проактивный, когда реакция происходит заранее, — это 90% по значимости. В этом случае мы работаем, чтобы предотвратить проблему. Когда с клиентом заключается договор, например, о проактивной поддержке, мы отводим на предприятие определенное время, в рамках которого формируем цели поддержки и бизнес­цели предприятия.  Наша цель заключается в том, чтобы проактивная поддержка полностью соответствовала требованиям и нуждам клиента.

В моей работе существует четкая связь между консалтинговым аспектом и аспектом поддержки. Например, если клиент хочет развернуть новую систему управления данными на предприятии или просто развернуть BIM­методологию — это должна сделать консалтинговая группа. После этого всё передается в руки команде поддержки: «Смотрите, мы это сделали, и вы можете с этой отправной точки двигаться дальше!» Но часто в рамках этой проактивной поддержки ситуация складывается по­другому. Предположим, команда поддержки, которая сотрудничает с предприятием,  видит определенные повторяющиеся закономерности, постоянно возникающие  сложности. Она сообщает об этом консалтинговой команде, которая может внести, например, предложение об оптимизации. На самом деле, практика моей последней работы показывает, что как раз те предприятия, которые постоянно функционируют в этом цикле (поддержка — консалтинг — поддержка — консалтинг), развиваются более успешно. Они постоянно увеличивают бюджет, который тратят на продукты и услуги Autodesk, и причина очевидна — просто они всё больше и больше денег зарабатывают как бизнес.

Д.К.: Многие компании — конкуренты Autodesk, когда начались всевозможные кризисные явления, зафиксировали цены в рублях. Перестанет ли Autodesk продавать ПО в иностранной валюте?

К.К.: Autodesk продает технологический продукт, пусть это и не материальный актив, но, тем не менее, для его создания используется очень много ресурсов — примерно 600 млн долл. в год. Все эти затраты оплачиваются компанией в валюте. Поэтому Autodesk по всему миру, а не только в России, ведет бизнес в валюте и в ближайшей перспективе планов по переходу на рублевый прайс­лист нет. Вместе с тем, принимая во внимание экономическую ситуацию и курс российского рубля, мы предлагаем новые шаги, которые призваны помочь нашим клиентам в этой непростой ситуации. В частности, в 2015 году в России мы снизили цены и дополнительно предлагали значительные скидки.

Д.К.: Какие проекты в этом году были самыми крупными и значительными для Autodesk в России и мире?

К.К.: Как правило, это два типа проектов. В первом клиентом всегда выступает некий владелец. Это может быть либо какой­то крупный девелопер строительной отрасли, либо просто владелец какого­то очень крупного объекта инфраструктуры. Например, один из наших клиентов  — очень большая добывающая компания в России. Она крайне заинтересована в том, чтобы сократить изначальные издержки по запуску добычи, а в долгосрочной перспективе  — улучшить и операционную эффективность. С этим клиентом проводится очень интенсивный BIM­консалтинг.

Еще один клиент — крупная строительная компания. Здесь при помощи BIM хотят повысить качество и прибыльность, а также сократить время, которое  затрачивается на разработку проекта. Кроме того, есть еще очень крупный владелец складских помещений. Эта компания использует BIM для того, чтобы дифференцировать качество разработки строительства и качество работы своих складов так, чтобы  можно было соответствующим образом привлекать клиентов самого высокого уровня.

Если говорить о глобальном уровне, то здесь, безусловно, наиболее значимым проектом является реконструкция Панамского канала. На Ближнем Востоке мы разворачиваем BIM­процессы для национальной системы железных дорог в Катаре. В Дубае мы предоставляем BIM­консультацию для частной компании эмира Дубая, который занимается там непосредственно строительством. В Австралии работаем с крупной компанией, относящейся к сфере коммунальных услуг, чтобы привнести 3D­ и BIM­технологии в распределение электроэнергии. Естественно, вы знаете, что Autodesk очень силен в технологиях для создания компьютерных игр, в графике, в киноиндустрии, и там также предоставляется консалтинг. Например, если говорить о кино, то это новозеландская компания Weta, которая выпустила фильмы «Властелин колец» и «Хоббит».

Кроме того, мы осуществляем поддержку по визуализации процессов разработки производства для автомобильной индустрии, в том числе и визуализацию для точки продаж, когда необходимо визуализировать, например, конфигурацию. Так, для компании Ford мы делали очень интересный проект по производству в Америке. Его суть заключалась в оптимизации потребления энергии на фабрике. Была создана очень точная BIM­модель, проведена очень сложная, комплексная симуляция циркуляции воздуха в здании. В результате правильного размещения кондиционеров удалось достичь 15­процентной экономии энергии.

Я могу весь день рассказывать вам о наших проектах, их очень много. Мы реализуем примерно 400 проектов в год.

Д.К.: Что бы вы хотели пожелать читателям нашего журнала?

К.К.: Мир меняется очень быстро. И наши навыки, технологии, которые мы используем, и то, как мы работаем вместе, — все это должно меняться, чтобы   успеть реализовать новые возможности. Мы все работаем на глобальном и очень конкурентном рынке. И всегда есть конкурент, который думает о том, как бы что­то сделать получше. Autodesk следит за всеми изменениями и анализирует собственный бизнес. И безусловно, мы всегда думаем о том, какой же следующий поворот может либо создать новые возможности, либо сформировать конкурентную угрозу. В России разработчики, дизайнеры, инженеры чрезвычайно талантливы. И чтобы их талант не пропал зря, я хотел бы пожелать им следить за всеми новшествами, чтобы они могли успевать за развитием технологий в остальном мире!

Д.К.: Спасибо за интересную беседу!

В основе большинства докладов, прозвучавших на Autodesk University Russia 2015, лежала идея о том, что будущее уже наступило и все технологии, ставшие его главными проводниками, сегодня применяются на практике. Алексей Рыжов, генеральный директор Autodesk в России и СНГ, отметил, что в нашей стране технологии будущего используются не менее активно, чем в других государствах.

Алексей сравнил наиболее яркие зарубежные проекты заказчиков Autodesk с проектами российских клиентов. Так, он  вспомнил стадион U.S. Bank Stadium (Thornton Tomasetti) с солнечными батареями, а вместе с ним — не менее сложный с технологической точки зрения проект реконструкции досугового комплекса с бассейном в Лужниках. Алексей также сравнил американскую больницу Maine General Medical Center (LEED AP), при проектировании которой моделировалось движение воздуха в «чистых» комнатах, с проектом Центра паллиативной медицинской помощи в Красноярске — «умной больницы», при проектировании которой удалось высвободить до 40% полезной площади, наладить различные роботизированные сервисы.

В прошлом году одним из самых интересных и масштабных объектов, созданных с применением информационного моделирования, стала Шанхайская башня. В этот раз Алексей отметил китайский финансовый центр Тяньцзинь (Tianjin World Financial Center) — второе по высоте здание в Китае. А российским примером работы на основе BIM делились проектировщики из Санкт­Петербурга, работающие над «Лахта­Центром» и его башней, обещающей стать выше своего шанхайского собрата.

Среди машиностроительных проектов Алексей выделил оборудование для разработки горных пород Joy 14ED, собранное из 40 тыс. деталей. Над проектом работало более четырехсот инженеров одновременно, которые находились на пяти континентах.

В России он отметил холдинг ВНИИХОЛОДМАШ. В обоих случаях использовался Autodesk Vault, который позволил снизить количество ошибок в документации, сделать сотрудничество между подразделениями более эффективным, и как следствие, точнее прогнозировать сроки разработки.

Сравнивая достижения в области графики и анимации, Алексей наметил новый тренд — реалистичное трехмерное воспроизведение древних ценностей и артефактов. Так, ученые Стокгольмского музея Средиземноморья и ближневосточных древностей использовали ПО Autodesk, рентген, томографию и лазерное сканирование для создания высокоточной 3D­модели древней мумии. Эта модель дала возможность увидеть, как выглядит мумия изнутри. Среди российских проектов наиболее примечательной оказалась полная визуализация гробницы Нефертити, которая помогла понять, как выглядела гробница несколько тысяч лет назад.

Подводя итоги, Алексей Рыжов подчеркнул, что мир меняется уже сейчас, а в течение очень короткого времени начнет меняться еще быстрее. Также он отметил, что российские проектировщики ничуть не уступают своим западным коллегам в темпах адаптации к новой реальности и внедрении инструментов будущего.  

 

Посмотреть выступления спикеров вы можете на официальном сайте мероприятия http://www.autodeskuniversity.ru/archives/201

САПР и графика 12`2015